Перед ним вдруг возникло суровое лицо Святослава. Князь так дружелюбно беседовал с ним тогда, в Киеве. Ни Святослав, ни Ольга, ни Сфандра, ни Предслава никогда не простят Калокиру такого двуличия и предательства, если вдруг они прознают об этом! Все это вихрем пронеслось в голове Калокира. Хитрый патрикий надеялся в будущем еще не раз побывать в Киеве. Потому-то Калокир стал говорить василевсу о других его важных поручениях, которые под силу лишь ему, Калокиру, и которые тоже не терпят отлагательств.

– Кого же тогда послать к печенегам? – нахмурился Никифор.

Надежных людей в его свите можно было пересчитать по пальцам.

– Есть у меня один человек… – Калокир опять прижал ладонь к своей груди, чуть склонив голову. – Возвращаясь из Киева в прошлом году, у днепровских порогов я повстречал одного хазарина, по имени Рафаил. Я взял его с собой, поскольку, как выяснилось, он доводится дальним родственником последнему хазарскому царю. Святослав сокрушил державу хазар. Этот хазарин пылает ненавистью к Святославу. Он с радостью доставит золото к печенегам. Рафаил и степи хорошо знает, так как он вырос в тех краях.

– Скажи этому хазарину, если он выполнит мое поручение, то в награду за это я возьму его в свою свиту, – промолвил Никифор, похлопав Калокира по плечу.

Глава шестая. Битва при Каневе

Озлобились бояре-язычники на священника-грека, который читал проповеди в Никольской церкви близ киевского торга. Тайком от родителей поп Зосима окрестил троих боярских сыновей, а князь Улеб сразу же взял этих крещеных бояричей в свою дружину. Отцы крещеных юношей в гневе взялись за оружие и отправились мстить ненавистному Зосиме.

Зосима был глуховат и согбен годами, но имел ясный взор и бестрепетное сердце. Когда разгневанные бояре вызвали Зосиму из церкви на площадь и прицелились в него из луков, то старец не оробел. Подняв над головой в черном клобуке руку с медным крестом, Зосима громко провозгласил, что вверяет себя милости Божьей.