– Дети, дети, подойдите и поздоровайтесь как нужно с агентом Майлсом!

Некоторые из ребят остановились, другие продолжали бегать.

– Да уж ладно, ладно! – сказал Майлс.

– Вы извините, – заявила начальница, – летом все так трудно, ни на чем нельзя сосредоточиться при таком зное.

Майлс сочувственно кивнул.

– Не примите это за жалобу, – продолжала миссис Хьюджинс.

На веранду вышли еще двое – учитель и учительница: Джошуа Трюблад и его жена Матильда. Они также были квакерами. Последовав призыву своего братства, они отправились на Индейскую Территорию. Но условия жизни здесь сделали их совершенно безвольными и покорными. Джошуа Трюблад был щупленький человечек с обвисшими усами соломенного цвета. Жизнь на Территории была для него сущим адом. Он мучительно боялся индейцев, а его жена боялась их еще больше. Учитель он был никудышный, хотя и усердный. Матильда, походившая на мышь, всегда и во всем подражала ему. И, несмотря на это, какое-то смутное чувство долга все-таки удерживало их в агентстве.

– Разве можно заставлять детей учиться летом! – сказал Джошуа.

– Знаю, – кивнул головой Майлс. – Через несколько дней начнутся каникулы. Я не хотел, чтобы они отправились со старшими на охоту. Родителям и без того тяжко бродить в этой пустыне в поисках бизонов, которых здесь давно не существует, а тут еще тащить за собой ребят…

Матильда соболезнующе прищелкнула языком, а миссис Хьюджинс заявила:

– Все так трудно в жару…

Майлс старался подбодрить себя. Голова у него уже болела, и пришлось сделать большое усилие, чтобы покинуть затененную веранду.

– Ну, мне пора, – сказал он. – Увидимся за завтраком.

Он принудил себя спуститься по склону на дорогу, ведущую к индейскому селению. Он шел полями, на которых индейцы под наблюдением фермеров из агентства посадили кукурузу, картофель, капусту.