— И решать нечего, — энергично заявил Ландри, — я скорее умру, чем встречусь с Кончини. Так что, сударь, рисковать — так рисковать.

Видя его решимость, Пардальян улыбнулся.

— Слушайте, что надо делать, — сказал он.

И изложил спутникам свой план.

— Понятно? — строго спросил в заключение Пардальян.

— Понятно, сударь, — ответил Ландри.

— А силенок-то хватит, а? — с усмешкой глянул на него Пардальян.

— Не сомневайтесь, сударь, — это я только с виду такой неказистый, — заверил его Ландри.

— Тогда пошли, — скомандовал Пардальян, — главное, не терять хладнокровия.

И он снова зашагал первым. Ступив на водосточный желоб, он добрался до намеченного места и остановился. За Пардальяном двинулся Ландри, а Одэ по-прежнему замыкал шествие. Как только они появились над улицей, внизу поднялся крик. К счастью, как и сказал Пардальян, вести по ним огонь теперь было бесполезно. Все же прозвучало несколько одиночных выстрелов.

Пардальян ждал, застыв на краю бездны. Ландри остановился рядом с ним. Кокнар осторожно согнулся, лег на крутой скат, спиной к провалу, крепко упираясь ногами в водосточный желоб. Укрепившись в этом положении, он напрягся изо всех сил и выдохнул:

— Хоп!

Это был сигнал Вальверу. Тот немедленно бросился к Ландри и прижался животом к его спине. Это произошло в какую-то долю секунды. А Вальвер уже карабкался вверх с поразительной ловкостью. Вот он поставил ноги на плечи Ландри. Тут Ландри поднял руки и крепко ухватил его за лодыжки.

На крутом и скользком скате крыши росла на глазах удивительная лестница из тел.

На улице снова стало тихо: Кончини, д'Альбаран, Роспиньяк и все прочие не сводили глаз с безумцев, желая им смерти, но и невольно восхищаясь их мужеством.