Григорий Андреевич Мамон (окольничий боярин, советник великого князя Ивана Васильевича),

Федор Васильевич Курицын (доверенный великокняжеский дьяк, назначенный государем для подробной записи того, кто, что и как говорит).

Всего оказалось: 13 особ (Дабы не получалось проклятой чертовой дюжины, меня, как писца, можно не считать.)

Итого было 12 особ.

Великий князь Иван Васильевич говорил:

— Вчера с донской засечной полосы прибыл гонец. Он скакал, меняя коней, три недели и сообщил, что несметное числом войско хана Ахмата перешло на правый берег Дона в районе впадения реки Медведицы и готовится к походу в сторону Москвы.

Великий князь Иван Иванович говорил:

— «Несметное числом» — это примерно сколько, государь-батюшка? Он не смог определить?

Великий князь Иван Васильевич говорил:

— По его сведениям, не менее сорока тысяч. Но отряды подходили со всех сторон, и войско не торопилось в поход, очевидно поджидая прибытия воинов из дальних улусов.

Иван Юрьевич Патрикеев говорил:

— Даже если он соберет сто тысяч воинов, мы сможем выставить против него сто тридцать, а то и сто пятьдесят, государь! Для этого нам надо не более двух месяцев, а раньше конца сентября Ахмат сюда никак не дойдет!

Великий князь Иван Васильевич говорил:

— Да конечно, даже двести, если б мы все были едины! Но мои родные братья подняли мятеж и находятся со своими войсками на границе княжества в Великих Луках, стоя одной ногой в Литве, и готовы вот-вот перейти к нашему врагу королю Казимиру, который только и ждет прихода Ахмата, чтобы ударить на нас с запада! А у братьев моих, между прочим, только одних дворян пятьдесят тысяч, не считая прочих людишек, что со своими хозяевами к ним пришли! И один Господь знает, что у них там на уме! Впрочем, может, еще и ты, любезная матушка, знаешь? Ведь ты так любишь своего дорогого сыночка Андрюшу, так позволь же спросить тебя, почему его нет сейчас среди нас?!