Великий князь Иван Васильевич говорил:

— Я думал об этом, Сафат. Но так не будет лучше. Войско возглавит один из трех старших сыновей Ахмата, у него появятся свои планы, а сообщить мне о них будет некому, потому после такого дела тебе вряд ли удастся выйти оттуда живым… Нет-нет, лучше другое пусть Ахмат будет жив и здоров, пусть идет на нас потихоньку, пусть надеется на короля Казимира и ждет от него помощи, но пусть я буду знать все его планы и намерения. Поэтому для меня гораздо важнее твоя жизнь, чем смерть хана Ахмата. Ты должен остаться живым и регулярно доставлять мне нужные сведения, а уж обо всем остальном я позабочусь сам. Ты меня понял, Сафат?

Мурза Сафат говорил:

— Слушаю и повинуюсь, государь! Аллах велик, и я буду каждый день молиться, дабы он дал мне силу и ум, чтоб достойно выполнить твое поручение! Затем великий князь велел позвать дворянина Бартенева.

Великий князь Иван Васильевич говорил:

— Я хочу поблагодарить тебя за хорошую службу, Бартенев! Воевода князь Оболенский рассказывал мне о твоей необыкновенной силе и героических подвигах во время войны с ливонцами! Надеюсь, награда воеводы и военная добыча послужили достаточным возмещением за твой ратный труд?

Дворянин Бартенев говорил (низко кланяясь):

— Более чем, государь! Я уехал по твоему приказу на службу Оболенскому из Новгорода на одном коне, а возвращаюсь с тремя гружеными подводами!

Великий князь Иван Васильевич говорил: — Рад, что тебе повезло на моей службе! Однако надеюсь, ты вернешься с еще большей славой и добычей из другого похода, куда я тебя отсылаю. Выйдя отсюда, немедля явишься к воеводе князю Ноздреватому, которому я о тебе уже рассказал. Вместе с ханом Нордуалетом воевода отправляется по моему велению в тайный поход с судовой ратью вниз по Волге, чтобы внезапно с тылу напасть на Ахмата. Поедешь с ними.