— Потому, сударь, что скоро пойдет такой сильный дождь, что ни вы, ни я, ни кто-нибудь еще не сможет через четверть часа оставаться на открытом пространстве.

— Так вы говорите, что пойдет дождь? — спросил буржуа с видом человека, который считает, что над ним смеются.

— Как из ведра, сударь! — спокойно ответил молодой человек.

— Вы, без сомнения, решили посмеяться, молодой человек?

— Уверяю вас, что не имею к тому ни малейшего желания, сударь.

— Так вы что, задумали поднять меня на смех? — спросил буржуа, теряя терпение.

— Сударь, даю вам честное слово, что у меня не было ни малейшего намерения смеяться над вами.

— Тогда зачем же вы говорите, что пойдет дождь, если стоит такая великолепная погода? — прорычал Ландри, все более и более выходя из себя.

— Я говорю о том, что пойдет дождь, по трем причинам.

— Не соблаговолите ли вы привести мне эти три причины?

— Да, конечно, если это вам будет приятно.

— Мне это будет приятно.

Молодой человек вежливо поклонился с таким видом, будто хотел сказать: «Вы так милы, сударь, что я ни в чем не смею вам отказать».

— Ну, где они, эти ваши три причины? — проговорил Ландри, сжав кулаки и скрипя зубами.

— Первая, сударь, — начал молодой человек, — заключается в том, что, поскольку вчера дождь не шел, он пойдет сегодня.

— Вы что, издеваетесь надо мной, сударь?

— Никоим образом.

— Ну хорошо, давайте вторую.

— Вторая заключается в том, что всю ночь небо было затянуто облаками, облака оставались днем и до сих пор не рассеялись.

— Когда погода облачная, это еще не причина, чтобы пошел дождь, слышите?

— Но, по крайней мере, существует подобная вероятность.

— Что ж, посмотрим на вашу третью причину, только заранее предупреждаю, что, если она окажется не лучше двух остальных, я рассержусь.

— Если вы рассердитесь, сударь, это будет означать, что у вас несносный характер.