Вдруг раздается звон. Стекло разлетается, и на ковер падает завернутый в бумагу камешек. Сначала Леонора замирает от изумления и ужаса. Потом приходит в себя. Листок бумаги завораживает и притягивает ее. Это записка! Нет, она не будет ее читать. Она выбросит ее назад в темноту. Однако она наклоняется, поднимает листок, некоторое время колеблется… и разворачивает его. Волнуясь, она одним взглядом пробегает записку и бледнеет. Бумага выпадает из холодеющих рук Леоноры, взгляд ее туманится, сердце сжимается, и жалобный стон замирает у нее на губах. Что же в записке? Всего одна фраза.

«Его Высокопреосвященство принц Фарнезе, который служит пасхальную мессу в Соборе Парижской Богоматери, — единственный, кто может Вам сказать, почему герцог Жан де Кервилье никогда на Вас не женится!»

Кто бросил камень? Ревнивец? Враг? Просто завистник? Какая разница! Кто бы ни был этот человек — наверняка это одна из тех темных личностей, что, оставаясь невидимыми, совершают подлости и сеют раздоры.

А тем временем, пока дочь де Монтегю борется с отчаянием, герцог де Кервилье возвращается к себе и падает с рыданием на колени перед портретом Леоноры:

— Что она сказала? Она должна стать матерью? Я не ослышался? Все пропало! О! Все пропало! О я, несчастный! Почему я не бежал, когда страсть ужалила меня в сердце? Уж лучше бы я умер! И я сказал, чтобы она ждала меня завтра для разговора с ее отцом! Что делать? Что предпринять?.. Бежать! Подло, позорно бежать… Завтра же бежать!..

Во время торжественной мессы в Пасхальное воскресенье 1573 года Леонора входит в собор, порог которого она, дочь гугенота, никогда раньше не переступала. Она пережила мучительные часы, которых ей не забыть. Тысячи ужасающих предположений проносились в ее мозгу. Жан женат на другой? Епископ ей ответит.

В храме она бессильно останавливается, едва сознавая, что делает. Ее мысли путаются, взгляд блуждает и внезапно задерживается на главном алтаре; там, в глубине, в сиянии свечей, облаченный в золото принц Фарнезе, папский легат, провозглашает: «Kyrie eleison»