Только Барышня-Вырезалыцица собралась прошептать речь своим подданным, как Косматый, у которого уже давно свербило в носу, не выдержал и оглушительно чихнул. Десятки бумажных кукол взвились в воздух, остальные в ужасе кинулись кто куда. Вырезалыцица бросилась на помощь своим помятым и перепуганным подданным.

— Как тебе не совестно! — пристыдила Косматого Дороти.

— Я старался сдержаться, — смущенно оправдывался тот, — но что я мог поделать? Это от меня не зависит. Я ведь только чуть-чуть…

— Чуть-чуть! Да это похлеще урагана в Канзасе! — отрезала Дороти. — Смотри, не чихни еще раз!

Чтобы не испытывать судьбу, друзья решили поскорее удалиться. Барышня-Вырезалыцица, не выпуская из рук наиболее поврежденных своих подданных, проводила путешественников до калитки в стене. Из окон картонных домиков выглядывали испуганные бумажные куклы. Дороти и Волшебник извинились перед хозяйкой за столь разрушительные последствия своего визита.

— Ну что вы, — отвечала Барышня, — я всегда рада гостям, особенно если это друзья Озмы, — тут она сурово посмотрела на покрасневшего от стыда Косматого, — только в следующий раз попрошу не чихать! — и, улыбнувшись, добавила: — Или хотя бы закрывать нос платком!

11. ГУФ ВСТРЕЧАЕТСЯ С САМЫМ ГЛАВНЫМ ЗЛОДЕЕМ

И опять бедняге Гуфу пришлось пробираться Волнистым плоскогорьем — другой дороги от Драчунов не было. Поднимаясь и опускаясь на каменных волнах, он проклинал в душе всех Драчунов, вместе взятых, а тюремщика в особенности. Лишь одно утешало генерала — вот захватит он Страну Оз, тогда и отомстит обидчикам.

Но то ли каменные волны были повыше, чем прежде, то ли жестокие испытания в Стране Драчунов утомили Гуфа, только на этот раз его укачало.