Назавтра мы добрались до завоеванной теперь турками южной оконечности Морей, и коварные морские течения, а также стоящая в этих краях погода вынудили наш караван зайти в спасительный порт острова Цериго, который защищала венецианская крепость. В ожидании попутного ветра мы встали там на якорь. Но сопровождавшая нас военная галера тут же снова вышла в море и пустилась в погоню за парой подозрительных судов, паруса которых внезапно показались на горизонте. Ведь в этих водах, где всегда было полно богатой добычи, вечно рыскали далматинские и африканские пираты. Множество лодок, в которых сидели продавцы свежего мяса, хлеба и фруктов, шныряло вокруг нашего корабля, а капитан послал на остров своих людей, чтобы они привезли в шлюпке бочку пресной воды, поскольку наша посудина не могла причалить к берегу, пока ее хозяин не уплатит портовой пошлины.

Брат Жан, фанатичный монах, который оказался нашим спутником в паломничестве ко Гробу Господню, заявил, что над островом Цериго тяготеет проклятие. Именно здесь, по словам Жана, родилась когда-то одна из почитаемых древними греками богинь. Рябой капитан подтвердил это и добавил, что на острове еще можно увидеть руины дворца несчастного спартанского царя Менелая, жена которого Елена унаследовала свою гибельную красоту от богини, родившейся из морской пены возле этого острова. Забыв о супружеской верности, Елена убежала потом с прекрасным юношей, что стало причиной ужасной троянской войны. Из рассказа капитана мы поняли, что богиней, которая вышла из моря на берег, была Афродита, а остров этот греки когда-то называли Киферой