– Один ученый поставил такой опыт. Он положил гвоздь в стакан с кока-колой. И что же? Неделю спустя этот гвоздь растворился! Растворился без остатка!

– Чепуха! – подумала я. Но, к сожалению, я подумала это вслух. И опять она на меня обиделась.

У меня только что произошел скандал с советницей.

– Эрика! На входной двери, возле ручки, черное пятно, следы от пальцев, – заявила она мне.

Я кивнула. На входной двери, возле ручки, у нас всегда черные следы от пальцев.

– Ну так иди же! – сказала она.

– Куда? – спросила я. Я, правда, не по­няла, что она имеет в виду.

– Неслыханно, просто неслыханно! – она так сопела, словно у нее жуткий насморк.

– Что неслыханно? – спросила я. Тогда советница сунула мне в руки тряпку и бутылку с очистителем и произнесла:

– Иди чистить дверь, ну-ка быстро!

 Я не хотела идти. Мама глядела на меня умоляюще, но я все равно не пошла.

– Я сделаю это сама, – сказала мама и взяла у меня из рук тряпку и бутылку.

– Лотта! Я сказала это твоей дочери, а не тебе! – заявила советница, и мама снова сунула мне бутылку и тряпку. Я, сжав зубы, пошла к двери. Я не ленивая, но мама сама всегда говорит, что мыть эту дверь нет никакого смысла – через час она все равно будет грязная. Я не могла понять, почем мама не решается сказать это советнице.

Из кухни до меня донесся голос советни­цы. Она вещала:

– То, что случилось с Ильзой, должно послужить тебе хорошим уроком. Это пока­зывает, до чего может дойти, если дети не приучены слушаться и подчиняться!

Я мыла дверь. В тот самый момент, когда черные отпечатки пальцев наконец исчезли, появилась Татьяна. Она ела хлеб с малино­вым мармеладом. Пальцы у нее были все перепачканы. Она хитро улыбнулась мне и с размаху хлопнула пятерней прямо по две­ри. Я сказала ей, чтобы она прекратила, но она все хлопала и хлопала.