...Он возвращался домой поздним вечером. Усталость валила с ног. На дальнем углу из тусклого оранжевого мерцания фонаря выдвинулась знакомая женская фигура. Аня?.. Зачем в такой поздний час на улице?

Он замедлил шаг... Засада... На квартире его ждут жандармы... Родная сестра хочет предупредить его...

Ерунда. Аня ничего не знает, ни во что не посвящена... Так в чем же тогда дело?.. Аня просто решила зайти к нему, но увидела в окнах полицию... Как быть?.. Повернуться и уйти? Куда? Все равно арестуют.

Аня подошла, подняла голову, остановилась.

- Саша? - удивленно спросила она и улыбнулась.

- Ты была у меня?

- Нет, а что?..

Он ничего не ответил. Она придвинулась ближе.

- Что с тобой, Саша? Почему ты такой бледный?

- Замерз, холодно...

- Хочешь, пойдем ко мне, выпьем чаю?..

- Нет, нет, мне нужно... заниматься. А где ты была так поздно?

- Ты знаешь, - сказала Аня, - у нас на курсах прошел слух, что в Волковской деревне появился какой-то особенный народный учитель. Прямо Ушинский! И я решила послушать его... Ничего особенного. У папы в школах было сколько угодно таких Песталоцци. И даже получше. А на обратном пути завернула на Волково кладбище.

- На кладбище? Почему?

- Недавно же папина годовщина была...

- Ах, да... Но ведь он не здесь похоронен.

- Все равно... Походила там, поплакала...

- Почему же ты плакала?

- Разве непонятно? Подумала о маме, младших... Они там совсем одни теперь остались.

- Аня, это нервы...

- Ты не был, когда хоронили папу...

- Но ты же знаешь, почему я не был.

- ...собрался весь город, говорили такие речи...