«С ума он сошел, что ли? – подумал Мобрейль. – Или виски мистрис Бэтси бросилось ему в голову?»

– Сейчас увидите, это очень забавно! – сказал Нейпперг, поворачиваясь к своему собеседнику. – Посмотрите! Прислушайтесь!

В двери показался медленно двигавшийся к ним человек, немного сгорбившийся, с полуопущенной головой, с руками, скрещенными за спиной; он был одет в серый редингот и маленькую шляпу при белом жилете, в кашемировые брюки и высокие сапоги.

– Черт возьми! – пробормотал удивленный Мобрейль. – Можно подумать, что это император Наполеон собственной персоной! – Затем он произнес про себя: – Этот галантный австриец сошел с ума от любви. На кой черт ему понадобился этот маскарад?

Явившийся снял шляпу и театрально раскланялся.

Когда же этот загадочный человек поднял голову и Мобрейль увидел черты его лица при ярком освещении, то он даже вскрикнул от изумления.

– Какое странное сходство! – пробормотал он. – Право же, не знай я, что все это комедия и что вы просто хотите позабавить меня курьезным зрелищем, то я готов был бы поклясться, что это сам Наполеон!

– Разве не правда, что этот негодяй, этот прохвост, которого я подобрал в грязи Лондона среди отчаянных воров и проституток Уайтчепеля, крайне похож на достославного императора? Ну, подойди поближе! – сказал Нейпперг, возвышая голос. – Раз природа одарила тебя точным образом коронованного злодея, с которым мне еще не пришлось рассчитаться как следует, то подойди и да потерпит он заочно, на твоей мерзкой особе, начало того наказания, которое уже уготовано для него. Ну! Повернись задом, Наполеон! – И Нейпперг, пьяный от бешенства, охваченный злобой, в приступе безумия, возникавшего у него каждый раз, когда он видел своего соперника, бросился на двойника императора, комически нагнувшегося к нему спиной, а затем изо всей силы несколько раз ударил его ногой, со злорадством повторяя: – Вот, получай по заслугам, Наполеон! Негодяй, Наполеон! Подлец, Наполеон! Вот тебе, вот! – И затем усталый, успокоенный откинулся в кресло.