Тимеон пытался вздохнуть. Двое из Криптии привязали его руки к столбу.

— Займитесь другими! — крикнул Диокл. Его приказ передавался по цепи спартанцев, выстроившихся вдоль улицы. Лисандр видел, как мужчин привязывают к дверным косякам или перемычкам.

Спартанцы потащили Гектора за руки, его худые коленки бились о землю. Дядю Тимеона привязали к краю вертикально стоявшей бочки. Солдаты готовили трости и плети.

Все это очень напоминало расправу. Спартанцы мстили за восстание илотов, которое вспыхнуло два месяца назад.

Истина сразила Лисандра точно одна из молний Зевса: во всем виноват он один. Это он в тот вечер уговорил илотов разойтись по домам, заверив в том, что им не причинят зла.

«Нет, подождите, — подумал он, — мой дед также поручился, что им бояться нечего. Что он не позволит никому отомстить им».

— Вы должны прекратить это, — заявил он Диоклу. — Сарпедон обещал илотам, что возмездия за восстание не последует.

— Старый эфор сказал то, что нужно было сказать, чтобы ему не перерезали горло, — возразил Диокл. Наставник вытащил из пояса полированный рог, поднес его к губам и взглянул на Лисандра. — Не илоты будут диктовать правила спартанцам. Командуют спартанцы, а теперь настало время показать рабам, что мы все еще являемся их хозяевами.

Он дал сигнал. Спартанец ударил Гектора тростью по спине. Тот застонал и упал на колени. Дальше по улице зазвучали удар за ударом. Ночной воздух наполнили стоны и крики. Лисандру не надо было видеть, как бьют илотов, чтобы понять, что происходит. Наказывали все поселение.

Один из членов Криптии протянул Лисандру плетку.

— Возьми ее! — приказал Диокл.

Лисандр взглянул на орудие наказания.

Тимеон трясся от страха, глядя то на Лисандра, то на Диокла. Диокл выхватил плеть из рук спартанца и вложил ее в руку Лисандра.

Прочно свитая кожа показалась Лисандру тяжелой. Он слишком хорошо знал, какой вред она может причинить. Юноша на своей спине испытал, как жалит такая плеть. Чтобы рвать кожу, по всей ее длине были завязаны узлы.