Но прежде, чем она это сделала, Фома быстро ткнул пальцем в потолок. Тотчас липучка вместе с коробком вырвалась из рук Людки и приклеилась к побелке, а через мгновение к потолку взмыла и старшая сестра, на которую брат, не удержавшись, показал скрещенными пальцами.

– Остынь, Людоедка! – сказал он.

Оказавшись на потолке, Людка в панике схватилась за люстру и громко завопила. Сообразив, что вот-вот к ним прибегут родители, Фома свел большой и указательный пальцы, и сестра плавно опустилась на пол, держа в руках плафон от люстры, который не успела выпустить.

Дверь едва не сорвалась с петель, когда в комнату влетел заспанный папа, державший в руке гантель, а за ним – мама в ночной рубашке. Убедившись, что дети живы-здоровы и никто на них не нападает, родители облегченно вздохнули.

– Что стряслось? Ты вопила, будто тебя режут. А это откуда? – папа с недоумением уставился на плафон в руках у Людки.

– Я висела на потолке и свалилась! – выпалила та и вновь взвизгнула, вспоминая о том, что было.

– На потолке? А как ты там оказалась? – растерянно спросила мама.

– Он меня забросил! Этот Козявкин! – Людка ткнула пальцем в брата. – Я хотела отобрать у него спички и – прилипла!

Папа осторожно забрал у нее плафон и вместе с мамой посмотрел на Фому, ожидая его объяснений. Но мальчик с самым невинным видом развел руками.

– Понятия не имею, о чем она говорит. Вцепилась зачем-то в люстру и оторвала плафон.

– Он все врет! Скажи, скажи правду! – вопила Людка. Она хотела броситься на брата, но мама обняла ее за плечи.

– Переходный возраст, нервы... Это ничего, это бывает... Пойдем, дочка, выпьешь валерьянки и ляжешь спать! Скоро у тебя экзамены за девятый класс – вот ты и переволновалась, – сказала она.