Фома толкнул Димку плечом и незаметно показал ему на асфальт, на котором возникла вдруг небольшая прямоугольная тень.

«Спокойно! Главное, чтобы он не чувствовал ваш страх!» – услышали они мысль Флюка. Она совсем их не успокоила, но помогла взять себя в руки.

– Я... ну это... побил вчера трех семиклассников. Все три здоровые такие – каратисты! – заявил вдруг ни с того ни с сего Демидов.

Это было такой явной ложью, что Нина и Фома удивленно уставились на него. Неужели Димка думал устрашить этим вранта? Но тут у Фомы мелькнула идея, как избавиться от страха, и он, перебивая приятеля, стал самозабвенно хвастать:

– Это еще что! Со мной такая история была. Как-то иду, гуляю с Людоедкой, это у меня собака такая, и вдруг из-за куста на меня выскакивают пять ниндзя. Все в черном и с мечами. Набросились на меня, стали мечами размахивать. Я едва уклоняюсь, туговато приходится. Думаю, зазеваюсь, тут они меня и зарубят. Одного, правда, сразу нокаутировать удалось. Он налетел на меня, хотел ногой в прыжке достать, а я заблокировал и как ему врежу! Удар у меня не слабый, он и растянулся. Остальные все равно меня теснят. «Людоедка! – заорал тут я. – Тащи прадедову шашку!» Собака умная, помчалась домой, схватила со стены именную саблю, которую моему прадеду сам генерал Врангель подарил, и несет мне... Я шашку схватил и начал от ниндзя отмахиваться. Русская сталь, известно, лучшая в мире. Никто больше секрета ее закалки не знает. Ею волос на лету перерубить можно... Куда там ниндзям с их мечами. Двоих я сразу зарубил, остальные видят – дело швах и убежали...

Фома так увлекся и расхрабрился, что стал размахивать руками и едва не зацепил по носу Демидова, показывая, как он шашкой рассек ниндзя пополам.

Сероватый силуэт внезапно перестал пульсировать белым и замерцал ярко-оранжевым – цветом решительности и отваги. В этом оранжевом свечении совсем затерялись а-лучи добычи, и врант растерялся, не понимая, куда исчезла его жертва...