– Вы что, совсем с мозгами разругались и с извилинами поссорились? Немедленно выпустите меня! Требую именем галактического законодательства!

Нина попыталась заглянуть внутрь бутылки, но за темным стеклом с этикеткой ничего не увидела.

– Я поняла, это бутылка из магазина шутливых ужасов! – воскликнула она. – Там внутри плеер. Признавайся, Демидов, ты нас хотел разыграть!

– Клянусь вам, никого я не разыгрывал! Купил в обычном продуктовом... Ну это, который за углом... где почта! – забормотал Димка. Отказаться от своего нуэканья, особенно в такие волнительные минуты, ему было не под силу.

– Выпустите меня, ослы, или я моментально использую липучку! Бараны! Жирафы! Считаю до трех... Раз... два... две целых одна десятая... две целых одна десятая и одна сотая...

Так как голос не умолкал, а бутылка подрагивала, словно кто-то в ней барабанил по стенкам, Соболев, поколебавшись, принес из кухни молоток.

– Не вздумай разбивать! Расколешь магнитофончик! – запротестовала Нинка.

– Нет там никакого магнитофона! – возмутился Димка.

– Нет есть! Есть! Есть!

Пресекая спор, Фома взмахнул молотком и не очень сильно, чтобы было поменьше осколков, ударил им по горлышку бутылки.

– Вот и нет магнитофончика! – расстроилась девочка.

– Ты бы еще кувалдой шарахнул! Раз-два, моментально! – внезапно раздался все тот же голос.

Посреди осколков ребята увидели маленького зеленого человечка, лысого, с длинным носом, большим ртом и двумя коротенькими наростами на затылке. Он стоял на столе и потирал рукой макушку. Размером неизвестный был примерно с ладонь.

Ребята пораженно уставились на него. Нинка решила было упасть в обморок, но раздумала, сообразив, что может пропустить нечто интересное.

– Ты... ну это... откуда в-взялся? – заикнувшись, спросил Димка.