Когда Торбьёрн кончил говорить, Эйрик спросил:

– Много ли останется от моего наказания?

– Мало, – сказал Торбьёрн. – Но подожди радоваться. По правде говоря, мое требование не вполне законно, но я надеюсь, что Гейрстейн этого не знает.

Свидетели Торбьёрна принесли присягу и подтвердили слова Торбьёрна. Они сказали, что Эйольв убил двух рабов Эйрика, Кьяртана и Брана. Гейрстейн не стал отводить возражение. Он сказал:

– Что верно, то верно. Хотя никто не скажет, что Эйольв убил этих рабов без причины. Пусть судьи теперь вынесут приговор. Но если вы, Торбьёрн и Эйрик, и дальше будете юлить и крючкотворствовать, я начну против вас тяжбу за умышленный обвал на усадьбу Вальтьова.

И Гейрстейн сказал судьям, чтобы они судили. В конце дня был вынесен приговор. Эйрика присудили к изгнанию из южной четверти, и он должен был уплатить родичам Эйольва виру в пять марок серебра. Такой же выкуп ему пришлось заплатить родичам Храфна Драчуна.

– На этот раз обошлось, – сказал Торбьёрн. – Но будь осторожен: может случиться, что в другой раз выкрутиться не удастся.

Эйрик стал благодарить Торбьёрна. Торбьёрн сказал:

– Благодари не меня, а судьбу, что дала нам не самых мудрых противников. Гейрстейн мог бы отвести мое возражение, знай он законы получше.

– Теперь-то я увидел, на что годны эти законы, – сказал Эйрик. – Выходит по ним, кто лучше умеет молоть языком, тот и прав.

Потом Эйрик и Торбьёрн поехали по домам. Эйрик, не мешкая, грузит добро на корабль, а остальное продает, и плывет на запад, в Брейди-фьорд (Широкий фьорд). Он должен был покинуть южную четверть до середины зимы, иначе его объявили бы вне закона. Эйрик купил два острова в Широком фьорде – Пушичный и Бычий. Он сказал:

– Не очень-то хорошо я умею ладить с соседями. Для всех будет лучше, если я поселюсь на острове, пусть люди пореже попадаются мне на глаза.

После тяжбы с Гейрстейном Эйрик стал известным человеком в Исландии.