– Где же найти такой корабль?

– Я знаю человека, который сумеет его построить.

– Тогда можно сказать, что мы сделали выбор, и я верю, что наше решение правильное.

Трижды девять дней и столько же ночей Муйредах раскапывал сид Бойру. Он оставался крепок телом и духом, хотя земля изрыгала проклятия, и тяжелым камнем легли на сердце короля злые пророчества.

По истечении названного срока вышел Муйредах из своего шатра и видит: скачет к сиду с севера Ниалл, сын Фебала. На черном коне он скакал, и черны были его одежды, а с морды коня падала пена, ибо скакали они, не останавливаясь, от самого Круахана. Ниалл подъехал к королю, и конь его упал замертво к ногам Муйредаха. Сказал король:

– Видно, не с доброй вестью ты спешил ко мне, о Ниалл!

– Истинно так, – ответил Ниалл. – Черны мои вести, как плащ на моих плечах и как этот конь у твоих ног. Слишком долго тебя не было с нами, о Муйредах!

Три несчастья пришли,

О, горе великое!

На землю твою,

Ты слышишь, Муйредах!

Увы зароки нарушившему!

Проклятие сидов – правду сказал я!

Пало на нас. Поистине,

Нет больше силы у короля!

– Каковы эти три несчастья, о верный Ниалл?

– Нетрудно сказать. Вот первое: пала половина скота от неведомой хвори. Второе несчастье: не уродился хлеб. Третье: пришли в страну полчища бурых мышей, и пожрали они все наши запасы, и пищу для людей, и корм для скота.

Сгорбился Муйредах, услышав эти слова, и спал румянец с его щек.

– Верно ты сказал, видно, нет у меня больше силы, если хлеб в моей земле не родится, скот падет, а мыши пожирают запасы. И мало кто из моих людей встанет теперь на мою защиту, случись комуто из соседей напасть на меня. Скажут люди: зачем нам такой король? Горе мне!