Когда корабль спустили на воду, всем показалось, что никогда они не видели ничего красивее этого корабля.

– Работа на славу, – сказал Харальд Хёскульду. – Ты заслужил свое золото.

Хёскульд взглянул на деньги, потом на корабль, и сказал:

– Забери назад половину. Я не могу расстаться с этим кораблем. Я поеду с тобой, куда бы ты ни отправился.

– Хорошо ты решил, друг, – сказал Харальд. – Я охотно возьму тебя. и все же оставь себе все золото. В таком деле мне не хотелось бы скупиться.

Харальд назвал корабль Ястреб Готольва, Готольвсхаук. Сигрун вышила на стяге ворона, и этот стяг поставили на носу корабля. они решили немедля выступить в поход. И вот все взошли на корабль. Сигрун сказала:

С попутным ветром они вышли в море.

Послал Диармайд Кримтайна, сына Котайда из рода Фир Ройс, своего филида, к королевскому дому разведать, там ли Муйредах и его воины. Кримтайн подкрался к дому, заглянул во все окна и вернулся.

– Расскажи, что ты видел, о Кримтайн! – сказал Диармайд.

– Я видел большой покой, и в нем девять раз по трижды девять мужей, все как на подбор, статные, крепкие, краснолицые, золотоволосые. В боевых доспехах сидят они у очага, у каждого в руке меч, а на плече щит. По целому барану жарят слуги для каждого из них.

– Кто эти люди, о Диармайд? – спросил Кондла.

– Неведомо мне, кто они, – ответил Диармайд. – Если только это не славные дружинники Муйредаха, сына Кормака. Трижды три наших воина убьет каждый из них у входа в дом. Поистине, Кондла, надо тебе отступиться! Уведем войско, вернемся домой!

– Не могу я, – сказал Кондла. – Мгла страха туманит твой дух. Позором покроем мы себя, если уйдем, не забрав головы короля!