— Каково мнение вашего высочества относительно этого человека? — спросил Караччоло.

— Если он едет с письменным приказом моего отца, дорогой адмирал, примем его, ибо мы обязаны повиноваться королю. Но если он явится без приказа, составленного по всей форме, главный начальник на борту — вы, адмирал. Поступайте так, как сочтете нужным. Пойдем, Сан Феличе.

И принц, увлекая за собой своего секретаря, спустился в каюту адмирала, которую тот уступил ему.

Лодка приближалась. Адмирал послал матроса на нижнюю ступеньку трапа, у верхней ступеньки которого он стал сам, скрестив на груди руки.

— Эй, в лодке! — закричал матрос. — Кто гребет?

— Друг, — отвечал Ванни. Адмирал презрительно улыбнулся.

— Отваливай! — крикнул матрос. — Говори с адмиралом.

Гребцы, которым было известно, как держаться с Караччоло, когда дело касалось дисциплины, отплыли на некоторое расстояние.

— Чего вы хотите? — отрывисто и резко спросил адмирал.

— Я…

Адмирал прервал его:

— Нет нужды говорить мне, кто вы такой, сударь. Я знаю это так же, как знает весь Неаполь. Я спрашиваю вас не кто вы, а чего вы хотите?

— Ваше превосходительство! Его величество король, не имея места на борту «Авангарда», чтобы взять меня с собою на Сицилию, послал меня к вашему превосходительству с просьбой…

— Король не просит, сударь, король приказывает. Где приказ?

— Приказ?

— Да, я вас спрашиваю — где он? Посылая вас ко мне, он, без сомнения, дал вам приказ. Король хорошо знает, что без приказа я не приму на борт моего корабля такого негодяя, как вы!

— У меня нет приказа… — растерянно проговорил Ванни.

— Тогда отваливай!