Долорес упорно настаивала на том, что именно они как нельзя больше подходят для такой важной миссии. Альфредо же сомневался в этом.

– Я понимаю твое желание привлечь их к нам. Мне тоже хотелось бы приобрести помощников. Но не кажется ли тебе, что нам пора присмотреться к кому-нибудь другому?

– Нет, – решительно ответила Долорес, – мне так совсем не кажется. Вообще, знаешь ли, Альфредо, по-моему, тебе всегда не хватало решительности и упорства – от этого-то и проистекали все твои беды.

– Скорее, мне не хватало твоего упрямства, – с некоторой язвительностью возразил Альфредо.

– Давай не будем спорить, – миролюбиво произнесла Долорес.

Альфредо был весьма удивлен такой несвойственной ей дипломатичностью. Обычно это он первый капитулировал в спорах. Долорес же всегда стояла на своем до последнего.

Старик догадался, что у его подруги что-то на уме. Он спросил ее об этом прямо.

– Как ты прозорлив, Альфредо, – лукаво усмехнулась Долорес, – ты не ошибся, у меня и впрямь есть одна идея.

Надеюсь, она тебе понравится. Я думаю, что настала пора, когда мы должны устроить одному из них серьезную проверку.

Альфредо молча продолжал смотреть на нее, ожидая продолжения.

– Тебе так не кажется? – недоуменно осведомилась Долорес, которой показалось, что Альфредо, как это часто бывало, не согласен с ее предложением.

– Я хочу знать, что ты затеяла, – ответил он вопросом на вопрос.

Хитроумная Долорес начала подходить издалека.

– Скажи-ка, кого из этих ребят ты считаешь самым подходящим для нашего дела?

Альфредо немного подумал, сдвинув седые брови.

– Наверное, Антона, – задумчиво ответил он, – мне он кажется самым благоразумным, к тому же этот юноша интересуется прикладными науками. Я мог бы столькому обучить его.

– Да, – усмехнулась Долорес, – я уже вижу, как вы запираетесь в лаборатории, и проводите там целые дни напролет. Мне жаль этого милого молодого человека, ведь ты лишишь его возможности видеть солнечный свет!