– Может быть, ты перестанешь, наконец, говорить загадками, – взъярился старик, повернувшись к женщине всем корпусом.

– Я же говорю тебе, – начала объяснять Долорес таким тоном, будто говорила с несмышленым ребенком, – я хочу испытать одного из них, но не могу решить, кого.

– А в чем заключается это испытание? – с любопытством спросил Альфредо.

– Я расскажу тебе, но только после того, как мы определимся в выборе.

– Мне кажется, что мы можем спорить до скончания века и так и не прийти к согласию, – проговорил Альфредо, имея ввиду непримиримое упрямство своей подруги.

– Конечно, ты так упрям, что с тобой вообще невозможно что-то решить!

– Это клевета! – возмущенно воскликнул Альфредо.

– Ну, хорошо, – Долорес замахала руками, – не будем ссориться. Предлагаю тянуть жребий. Ты согласен?

Нельзя сказать, что старику очень по душе была такая идея, но это все же было лучше, чем просто спорить.

– Хорошо, – скрепя сердце согласился он.

Долорес вынула из кармана две палочки: красную и зеленую.

Видимо, она заранее их заготовила.

– Еву мы покуда оставим в покое, а выбирать будем между двумя юношами, – произнесла она, – красная будет символизировать Гислера...

– Подожди! – прервал ее старик, – я вижу, ты хорошо подготовилась. Давай-ка я сам выберу цвета.

– Ты, как всегда не доверяешь мне, – притворно огорчилась Долорес, – ну да ладно! Пора бы мне привыкнуть к твоим капризам, – она вздохнула и протянула ему палочки, – выбирай.

– Зеленая – Гислер, красная – Антон.

– Прекрасно.

Долорес забрала палочки и положила их на стол.

– Поменяй их местами, а я буду выбирать, – сказала она.

– Нет уж, давай наоборот, – ответил Альфредо, с подозрением наблюдая за женщиной.

– Как скажешь, – она улыбнулась.

Альфредо повернулся к столу спиной и стал ждать, пока Долорес переложит палочки.