Я собрал все свои силы и лягнул его ногой в грудь. Демон охнул, но тут же навалился, приник своей гадкой щетиной к моей груди и сдавил меня своими лапами, как обручем.

Потом он неторопливо обвязывал мою грудь своей страшной веревкой и двигал по моему телу железный крюк, собираясь зацепить его если не прямо за какое-нибудь из ребер, то по крайней мере за повязку на чреслах. Мне привиделось, как потащат меня этим крюком на подземную бойню, как по дороге сдавит повязка мою главную телесную драгоценность, и, не выдержав будущего позора, плюнул изо всех сил туда, где, по моему расчету, должны были находиться глаза демона.

Великан бросил меня на камни, так что я отшиб себе затылок и лопатки.

«Вот тебе, проклятое отродье! Теперь пожирай меня с любого конца», — мужественно подумал я, но в следующий миг раскрыл рот от изумления, потому что демон заговорил приятным человеческим голосом и притом — весьма учтиво.

— Мессир! — изрек великан. — Что вы делаете?! Ведь мне же надо спасти вас! Что же вы делаете, мессир?!

— Спасти? — невольно вырвалось у меня. — Кто вы?

— Ваш покорный слуга и верный воин Ордена, — отозвался незнакомец, лица которого я все не мог разглядеть. — Позвольте мне поскорей обвязать вас. Тогда мы успеем подняться раньше, чем они затопят колодец.

«Может быть, передо мной вовсе не демон, — подумал я, — а настоящий ангел, спустившийся с небес, чтобы извлечь меня из адских глубин темной, не просветленной лучом Божественной воли материи».

Мой неведомый спаситель, между тем, приподнял меня, обтянул широким кожаным ремнем, запах которого и приятная упругость тоже подействовали ободряюще, просунул крюк в какую-то петлю и отошел на шаг в сторону.

По чести сказать, я стыдился задать прямой вопрос о себе самом, думая — видимо по молодости лет, — что мое беспамятство является неким тайным изъяном, раскрывать который не следует так же, как обнажать срамные места.