- Вам, наверное, было бы труднее, - вставил с улыбкой Финацци, - найти основания для оптимизма в поведении Германии?

- Почему же? - возразил Рюмель, окинув окулиста быстрым, пронизывающим взглядом. - В Германии влияние воинственно настроенных элементов, которое отрицать не приходится, уравновешивается другими влияниями, имеющими большое значение. Поспешное возвращение кайзера, - он сегодня ночью будет в Киле, по-видимому, изменит политическую ориентацию последних дней. Известно, что кайзер будет до конца возражать против риска, связанного с европейской войной. Все его личные советники - убежденные сторонники мира. А одним из тех его друзей, к мнению которых он особенно охотно прислушивается, является князь Лихновский, германский посол в Лондоне, я имел в свое время честь познакомиться с ним в Берлине: это человек рассудительный, осторожный и пользующийся в настоящее время большим влиянием при германском дворе... Имейте в виду: вступая в войну, Германия рискует очень многим! Если границы ее окажутся блокированными, империя в буквальном смысле слова подохнет с голоду. Раз Германия не сможет получать из России зерно и скот, то не сталью же, не углем, не машинами прокормит она свои четыре миллиона мобилизованных и шестьдесят три миллиона прочего населения!

- А что им помешает покупать в другом месте? - возразил Штудлер.

- То, что им придется платить золотом, ибо немецкие бумажные деньги очень скоро перестали бы приниматься за границей. Ну так вот, расчет сделать очень легко: германский золотой запас всем хорошо известен. Уже через несколько недель Германия не сможет продолжать вывоз золота, который придется производить ежедневно; и тогда наступит голод!

Доктор Филип засмеялся коротким гнусавым смехом.

- Вы с этим не согласны, господин профессор? - спросил Рюмель тоном вежливого удивления.

- Согласен... Согласен... - пробормотал Филип добродушным тоном. - Но я боюсь, не есть ли это... чисто умозрительная выкладка?