– Петрушка, расскажи что-нибудь, – пробурчал Елчанинов, зевая и потягиваясь.
Варгин встрепенулся. Он очень любил рассказывать, и так, чтобы его слушали.
– Что же мне рассказывать? – спросил он, соображая.
– Да что хочешь. Мне спать хочется. Под твои рассказы спать хорошо.
– А вот и врешь, – заговорил Варгин, – я такую историю знаю, что и не заснешь. Хотите расскажу?
– Что ж, это страшное что-нибудь? – отозвался Кирш.
– Страшное!
– Так ты огонь засвети, – улыбнулся Кирш.
Был поздний вечер, на дворе стояли сумерки надвигавшейся летней петербургской ночи.
– Нет, так в полутьме лучше, – возразил Варгин, – больше произведет впечатления.
– Да и спится лучше, – подтвердил Елчанинов, поворачиваясь на другой бок, лицом к стене.
– Знаете ли вы, – начал Варгин, – что после умершего недавно князя Верхотурова осталось наследство, неизвестно кому принадлежащее?
– Об этом, брат, все толкуют теперь, – несколько разочарованно протянул Кирш, приготовившийся было слушать.
– Ну так вот, в числе этого наследства есть между другими именьями земля под самым Петербургом.
– Что ж тут страшного? – сказал Кирш, наполняя стакан, который успел уже допить.
– Погоди, все в свое время! Земля эта лежит по дороге на Варшаву, всего в нескольких верстах от заставы. Там есть трактир...
– Вот это хорошо! – одобрил Кирш.
– Трактир-то скверный, – продолжал Варгин, – да не в нем дело, а в сторону от дороги и от этого трактира находится господский дом со службами, словом, усадьба целая. Она стоит заколоченная, и никто не живет в ней, даже сторожа нет. Умерший князь никогда не бывал там, да и никто не решается, говорят, туда отправиться. Нечистое место! Князь послал туда – давно уже это было – насильно крепостного человека сторожем. На другую же ночь, как он поселился там, нашли его мертвым. С тех пор дом со службами стоит там необитаемый. Окна и двери заколочены досками, двор летом зарастает бурьяном, а зимой покрывается снегом, так что и не проберешься. Между тем молва говорит, что по ночам виднеется там свет, слышатся стоны, стучат цепи, и тени мелькают внутри.