Хэл виновато посмотрел в темноту: в эти решающие мгновения нельзя глазеть на палубу, ведь в любой момент из ночной темноты может появиться враг.

Теперь света было достаточно, чтобы увидеть морскую гладь. Она блестела, как только что вырубленный уголь.

Теперь Хэл хорошо знал южное море – этот широкий океанский путь, идущий вниз вдоль восточного побережья Африки, голубой, теплый, кишащий жизнью. Юноша изучил его под руководством отца и теперь знал вкус и цвет моря, его просторы, знал каждый прилив и каждый отлив.

Однажды и он обретет славное звание Рыцаря-Навигатора Храма Ордена Святого Георгия и Священного Грааля. Он, как и его отец, станет навигатором ордена. Отец хотел этого не меньше Хэла, и тому в семнадцать лет эта цель не казалась далекой мечтой.

Этот путь – течение, которым должны воспользоваться голландцы, чтобы продвинуться на запад и высадиться на загадочном берегу, неразличимом сейчас в полумгле ночи. Это врата, через которые должны пройти все, кто стремится обогнуть дикий мыс, разделяющий Индийский океан и Южную Атлантику.

Потому-то сэр Фрэнсис Кортни, отец Хэла, навигатор, и выбрал это место – 34 градуса 25 минут южной широты, – чтобы ждать голландца. Их ожидание длится уже шестьдесят пять скучных дней, корабль монотонно перемещается взад и вперед, но сегодня голландец может появиться, и Хэл вглядывался в разгорающийся день, приоткрыв рот и напрягая зеленые глаза.

В кабельтове от корабля он заметил в небе блеск крыльев, ловящих первые лучи восходящего солнца: с берега летела стая бакланов – белоснежные грудки, черные с желтым головы. Первая птица снизилась и взяла чуть в сторону, нарушив общий строй; повернув голову, она всматривалась в темную воду. Хэл увидел на поверхности волнение, блеск чешуи и кипение: к свету поднимался косяк рыб. Птица сложила крылья и устремилась вниз, а следом за ней и все остальные начали нырять, от чего темная вода покрылась пеной.