– Так что же, какую отметку поставить вам, Соколов, за образцовую работу, сделанную без единой помарки?

Данька зачарованно следил за плавающим в воздухе листком, словно и в самом деле ожидал фокуса – из чистого листка вдруг выпорхнет голубь, а может быть, листок превратится в тарелку, наполненную мыльной водой, и Автандил Степанович, взяв соломинку в рот, станет пускать в воздух мыльные пузыри…

– Только вот какая заковыка: я не мог найти ответ на задачу. – Автандил Степанович вытащил из бокового кармана лупу и стал водить ею по бумаге. Ребята замерли, ожидая новой потехи. – Может, объясните нам, какими тайными чернилами вы записали решение задачи?

Автандил Степанович сунул увеличительное стекло в карман, сел за стол и стал задумчиво разглядывать свои волосатые кулаки – огромные кулаки бывшего борца: когда-то он выступал даже в спортивных чемпионатах, да и сейчас иногда, когда ребята начинали скучать или кто-нибудь засыпал на уроке, он подкрадывался к ученику, цепко брал его за руку, выводил к доске и, ко всеобщему удовольствию, приводил его в состояние полной бодрости, показывая – понарошке, конечно, – как он захватывал мёртвым кольцом бывшего чемпиона области Замыхайлова, ныне начальника пожарной охраны.

– Ну ладно, выходи, дружок, к доске. Возьми мел, перепиши условия и покажи, как надо решить задачку. А то что же мне, скажи на милость, поставить тебе за такую чистую работу?

Читатели, наверно, не удивятся, как удивились Автандил Степанович и весь класс, когда Данька, дробя на доске мел, очень спокойно записал решение задачи. Сперва один вариант, а потом другой.

– Час от часу не легче! – покачал головой Автандил Степанович. – Тут бы сам майор Пронин спасовал. Может, объяснишь всё-таки, чем ты занимался во время контрольной?