Слаол, Лаханна, Эррин и Мэй были главными божествами Рэтэррина, но люди знали, что существует тысячи других богов в долине, и так же много среди холмов, неисчислимо больше за холмами, и миллионы в воздухе. Ни один народ не смог бы построить храмы для каждого божества, даже зная, кто они, а кроме этого множества неизвестных богов, были духи смерти, духи животных, духи ручьёв, духи огня и воздуха, духи всего, что ползает, дышит, умирает или вырастает. И если человек молча стоял на холме в вечерней тишине, он мог услышать шёпот духов, и этот шёпот мог свести с ума, если он регулярно не молился в храмах.

Было и четвёртое святилище, Старый Храм, расположенный на южном холме, где он зарос орешником и задыхался от сорняков. Этот храм предназначался Слаолу, но уже очень давно, никто не помнит когда, люди построили Слаолу новый храм ближе к селению, и старое святилище было покинуто. Он практически разрушился, но всё ещё обладал силой, потому что именно в нём появилось золото Чужака. Теперь, на утро после сильнейшей грозы, Галет повёл с собой троих человек в древний храм, чтобы найти и похоронить тело Чужака. Их сопровождал Нил, самый младший жрец Рэтэррина, который пошёл, чтобы защитить всех от духа мёртвого странника.

Группа остановилась на вершине холма и поклонилась могильным курганам между Старым Храмом и селением. Нил завыл по-собачьи, чтобы привлечь внимание духов предков, и объяснил этим духам, что только поручение привело людей на эту возвышенность. Галет, в то время как Нил нараспев нашёптывал что-то новое духам мёртвых, разглядывал священную тропу, протянувшуюся на полёт стрелы к западу. Предки проложили эту тропу, но, так же как и Старый Храм, она теперь была заросшей и покинутой, и не каждый друид мог объяснить, зачем были созданы её длинные прямые рвы и насыпи. Хирэк полагал, что это было сделано, чтобы умилостивить Ранноса, бога грозы, но он не знал наверняка, да и ему это было безразлично.