— Это еще зачем? — удивился Доктор.

— Ну как же — чтобы не перепутать время. Ты бьешь в него каждые полчаса и тогда точно знаешь, сколько времени. Да, захвати веревок — и побольше. Обязательно. Без них в плавании не обойтись.

Звери принялись размышлять. Они понятия не имели, где раздобыть денег, чтобы запастись всем необходимым.

— Ох, черт подери! — закричал Джон Дулитл. — Опять деньги? Скорей бы попасть в Африку — там-то уж нам не придется с ними связываться. Пойду к бакалейщику — может, он согласится подождать с оплатой до моего возвращения. Нет. Пошлю-ка я к нему моряка.

Моряк быстро уговорил бакалейщика и вернулся, нагруженный припасами и снаряжением.

Звери собрались в дорогу. Они перекрыли воду, чтоб она не замерзла и не разорвала трубы, заколотили ставни, заперли двери и отдали ключи старой лошади, жившей в хлеву. Убедившись, что наваленного на повети сена ей с лихвой хватит на зиму, они перетащили свой багаж к берегу моря. Корабль ждал их, готовый пуститься в путь.

Конечно, их провожал Продавец Кошачьей Еды. Он подарил Доктору огромный пудинг с нутряным салом — до него дошел слух, что таких пудингов за границей не найти, не бывает их там, и точка.

Едва забравшись на корабль, поросенок Габ-Габ заволновался. Пробило четыре, и он искал кровать, чтобы вздремнуть немного, — так уж он привык. Полинезия отвела его вниз и показала развешанные по стенам одна над другой кровати — точь-в-точь как книжные полки.

— Ой-ой! Это не кровать! — завопил Габ-Габ. — Это полка!

— На кораблях всегда такие кровати, — сообщила ему попугаиха. — Залезай и спи себе спокойно. Это вовсе не полка. Это называется «койка».

— Что-то мне расхотелось спать, — объявил Габ-Габ. — Я ужасно волнуюсь. Хочу наверх, посмотреть, как мы поплывем!

— Очень натурально, — отметила Полинезия, — ведь это твое первое путешествие. Не отчаивайся — скоро привыкнешь.