— Неужели это ты все сегодня сработала? — спросила Баккара, садясь около сестры и рассматривая ее работу.

— Да, сегодня, — улыбнулась Вишня, — мне нужно поскорей окончить эту работу. Я хочу сегодня кончить свое платье.

— Вот как, ты, кажется, собираешься нарядиться завтра?

— Конечно, ведь завтра воскресенье.

— Как! Только поэтому? Вишня сконфузилась.

— Леон повезет меня со своей матерью в Бельвиль.

— Следовательно, ты все еще любишь своего Леона?

— Разве ты могла сомневаться в этом? — ответила Вишня.

— Он такой честный и красивый.

— Положим, что и так, — возразила Баккара, — но ведь, выйдя за ремесленника, ты будешь всегда остро нуждаться.

— Что же такого? Леон скоро будет сделан мастером — тогда он будет получать уже целых десять франков в день, а — на эти деньги мы устроимся.

Баккара презрительно улыбнулась.

— Ты хорошо знаешь, — сказала она, — что я могу тебе всегда дать четыре и даже хоть десять тысяч франков.

— Ни за что, — возразила ей Вишня, — честная девушка может брать деньги от отца или мужа.

— Но ведь я тебе родная сестра!

— Я бы и взяла, если бы у тебя был муж.

Баккара нахмурилась и прикусила себе губы.

— Ты можешь возвратить мне их, — добавила она как бы вскользь, — когда выйдешь замуж, ведь у Леона есть деньги.

— Нет, благодарю, — ответила Вишня, — я вообще не люблю занимать деньги.

Молодая девушка, разговаривая с сестрой, снова принялась за работу, между тем как Баккара подошла к окну и бросила мимолетный взгляд на одно окно соседнего дома.

Это окно было заперто и даже закрыто жалюзи.

— Его опять нет дома, — проговорила чуть слышно Баккара и обернулась назад.

Вишня работала, но между прочим потихоньку наблюдала за своей сестрой.

— Скажи мне, милая Луиза, наконец, — спросила она самым простодушным тоном, — к чему следует приписать то, что ты сделалась так любезна ко мне и стала бывать у меня чуть не каждый день?