Князь склонил голову и довольно долго стоял в таком положении.
– Большой был человек ваш воевода. Вечная ему память.
– Большой, – подтвердила Епифановна.
– Прощевай, матушка. Дозволь поцеловать тебя.
Он трижды ее поцеловал и дал знак, чтобы подвели коня.
– Поганых гони, мил человек! – крикнула она, крестя его вслед.
– Да, гнать поганых… – он вздохнул.
– Ой, – ударила она себе по ногам, когда всадник был уже далеко, – да что ж это я, дура старая, не спросила его, кто он будет.
А Даниил, прежде чем из его глаз навсегда скрылось это пепелище, остановил коня и окинул взглядом поле, по которому двигались татарские полчища, и тот холм, на котором возвышались остатки города. И не печаль была в его глазах, а радость. Нет, не падет Русь, коль вгрызается человек в эту, казалось, мертвую землю.
– Будем жить!
И он стегнул коня.
ГЛАВА 3
Вгрызаться вновь в свою землю – этим жила вся погорелая Русь. И Киев не был в стороне. Одним из первых, кто восстановил, а вернее, отстроил заново свои хоромы, был и боярин Вышата. Двухэтажный домище, скрытый за высокой оградой, отливал позолотой свежести тщательно подобранных и обструганных сосновых бревен. Окна, венчанные золотистыми карнизами, придавали дому нарядность, а высокое боярское крыльцо с точеными фигурными подставами – солидный вид. В глубине ухоженного двора возвышались хозяйственные постройки, тоже отстроенные заново. Все говорило о вкусе и тугом кармане хозяина.
А о внутреннем убранстве и говорить нечего. Печи украшены греческими изразцами. На стенах – дорогие восточные ковры, головы и шкуры убитых зверей. Мебель отличалась не только красотой, но и добротностью. А какие были канделябры! Литые, изображающие различные фигурки. Одним словом, все радовало глаз.
Обойдя свои владения, боярин решил пригласить гостей. Пусть видят Вышатову силу. Гости же должны быть непростые, именитые: Глеб Ростиславович, князь смоленский; Ярослав Романович, князь Пронский; князь Даниил Романович; сыны Михаила черниговского – Юрий, Симеон, Роман; князь Петр Брянский с немецкой супругой-красавицей, полоцкий князь Брячислав.