Долго терпел и молодой Кочева, видя, как позорно отступают его люди. Он который раз готов был вскочить на ноги, да грозный отцовский взгляд приковывал его к месту. Нервничал и Вышата. Неудобно перед гостями. Нахмурилась и Настенька.
А виной тому был один горожанин. Здоровый, как бык, детина. Бил только в грудь. Зато удар был таким, что валил десяток бойцов. И где он стал появляться, там начинали от него шарахаться боярские посланцы. Не утерпел Вышата, воскликнул:
– Кто его уложит, сто гривен плачу!
Такая деньга и для князя находка. Вызвался Симеон Михайлович. Плечи – косая сажень. Глаза так и горят схваткой.
Вышел он посредь поля. Стал супротив бойца. Все замерло: примет ли горожанин бой? Уж больно здоров князь. Долго рассматривают друг друга. Но… принял вызов киевлянин. Двинул на него. Не доходя десяток шагов, остановился. Рукава стал засучивать. Это делает и князь. Смотрят друг на друга, глаз не отрывая. Вот боец делает пару шагов навстречу. Князь – тоже. Заходили друг перед другом. Плечами подергивают, в кулаки поплевывают. И опять навстречу пошли. В шаге друг от друга остановились. Первым не выдерживает князь. Кипит молодая кровь! Бьет того в плечо. Пошатнулся боец, но устоял. Теперь черед бойца. Да что-то медлит. Боится? И вдруг резкий свистящий удар. Отлетел князь на несколько шагов, но на ногах устоял.
И опять ходят друг против друга. Изловчился князь, удар крепкий получился. Отлетает и боец, только чубом мотнул да губы поплотнее сжал. Гости возрадовались: если князь постарается, выкладывай, хозяин, деньгу. Да рано радовались. Чуть согнулся боец, тряхнул головой и пошел на князя. Тот встретил его ударом, да отбил его левой рукой боец и вдарил в открытую грудь князя. Отлетел Симеон и… свалился на землю. Застыли гости, ликуют горожане.