— Никак нет, господин офицер. Я родился и вырос на французской границе, знаю язык соседей, как свой родной. К тому же я прятался в сарае в груде старой соломы рядом с костром, возле которого происходил разговор. Благодаря этому я слышал все отчетливо и до последнего слова. За правдивость своего сообщения ручаюсь головой.
— Что молчите, голубчик мой? — лукаво прищурился Кутузов, когда конвойные вывели перебежчика из кабинета.
— Думаю, испанец решил попросту смягчить собственную участь и хоть чем-то заслужить наше благорасположение. По долгу службы мне часто приходится допрашивать пленных, и чего только я от них не наслушался.
— Согласен, душа моя, всякое случается. Только, сдается мне, сей испанец правду говорит. О золоте и прочих драгоценностях, что вывозят французы из России, я извещен давно, однако на след их прежде никак напасть не удавалось. Во все века были лакомы иноземцы до нашего российского добра, и воинство Бонапарта по жадности ничем не уступает орде Батыевой. Верно молвил пленник, что награбленные российские богатства для бегущего француза ныне дороже всего на свете.
— Но ведь это сущее варварство, ваше сиятельство! Вандализм! — воскликнул прапорщик.
Кутузов тихо рассмеялся.
— Опять согласен с тобой, голубчик. Только в подобных делах мало негодовать да возмущаться, поскольку разбойник внемлет не слову, а силе.
— Но, коли мы знаем об обозе, извещены даже о его предположительном местонахождении, в нашей власти захватить его.
— Для того и позвал тебя, душа моя. Немало под моим началом смелых, отважных офицеров, лихих гусар и быстрых казаков, только не лежит душа поручать кому-либо из них это дело. Всяк из мной перечисленных мечтает изловить чужого полковника или генерала, получить за проявленное геройство внеочередной чин или быть возведенным в более высокую должность, и мое поручение покажется ему скучным и пустячным. Не всякому понять дано, что речь идет не о золоте и каменьях, а о стародавних памятниках истории нашей великой, о святых реликвиях веры православной, о достоянии державы нашей могучей и всего народа российского.