Как-то незаметно Хлоя оказалась рядом. Это сначала удивило его, но потом он знаком велел хозяину принести еще одну миску и поставить ее перед девушкой, одновременно положив на стол несколько монет.

— За эти деньги ты не можешь поиметь женщину, Учитель, — сказала она, на глаз оценив его щедрость.

— Я знаю, — ответил он спокойно. — Я только хочу угостить тебя похлебкой. Ты и так худая, и если еще похудеешь, то перестанешь нравиться клиентам и тебя отправят горбатиться на мельницу. Но почему ты меня так назвала?

— Учителем?

Ее собеседник кивнул и снова склонился над своей миской.

Девушка пожала плечами:

— Все называют тебя так потому, что ты за плату учишь читать и писать. Мне кажется, никто не знает, как тебя на самом деле зовут. У тебя ведь есть имя, да?

— Как у всех.

— Но ты мне его не скажешь?

Учитель покачал головой и снова зачерпнул ложкой из миски.

— Ты тоже ешь, — проговорил он, — ведь остынет все.

Хлоя поднесла миску ко рту и с шумом отхлебнула из нее. После чего вытерла губы рукавом туники.

— Почему ты не хочешь мне его открыть?

— Потому что не могу, — ответил он.

Девушка взглянула на суму, висевшую на спинке стула:

— Что там внутри?

— Тебя это не касается. Доедай, клиенты пришли.

Хозяин подошел к их столу.

— Иди к себе, — приказал он девушке, указывая на дверцу, еле видневшуюся в полумраке заведения. — Два отважных моряка хотят развлечься. Они заплатили вперед. Смотри не разочаруй их.

Девушка проглотила еще одну ложку похлебки и, прежде чем уйти, шепнула своему собеседнику на ухо:

— Осторожно: твоя сумка слишком привлекает внимание. Кое-кто может заинтересоваться ее содержимым. Но я тебе ничего такого не говорила, — и добавила уже громко: — Спасибо за угощение, Учитель. Это согрело мне душу.