Я видел такие. Это предложение все одобрили; Мирр-Мурру поручили нарисовать афишу к потом вывесить на стенку крольчатника, по возможности на видное место, чтобы сразу бросалась в глаза. Мирр-Мурр отправился искать бумагу, нашел большой лист и, сев в сторонке, стал рисовать. Тем временем остальные тоже принялись за работу. Бобица шила из кусков цветной материи костюмы, Ать-Два мастерил из веток скамьи и стулья - места для публики. А Янчи Паприка и ослик писали на стенке ящика большими буквами: "Кукольный театр". Перед буквой "е" они, правда, немного задумались, но, в общем, все у них вышло хорошо. Но красивее всего получилась афиша. Афиша была просто замечательная; Мирр-Мурр прибил ее гвоздями на стенку крольчатника, и все тут же обступили ее. Чего там только не было! Вверху были нарисованы Янчи Паприка, ослик, Бобица и Ать-Два, а внизу Мирр-Мурр. Все просто рты раскрыли от изумления. - Как это ты так нарисовал? - спросил ослик, испытывая при этом ужасную гордость за Мирр-Мурра. - По памяти, - ответил Мирр-Мурр. - Да-а! - сказала Бобица. - А как все похожи! Потом они похвалили костюмы, которые сшила Бобица, посмотрели, как выглядит надпись на стенке ящика, в порядке ли скамьи и стулья. - Остался только один вопрос, - напомнил оловянный солдатик. - Что мы будем представлять? - Правда! - сказал ослик. - Хотя Бобица могла бы спеть, Янчи Паприка стихи прочитать, а Мирр-Мурр мог бы показать гимнастические упражнения. Но Янчи Паприка лишь улыбался. - Нет, нет, - решил он. - Сегодня вечером мы сыграем пьесу о принцессе-фее и Семиглавом драконе. От изумления никто не мог вымолвить ни слова. Янчи Паприка продолжал: - Бобица будет принцессой-феей. Ать-Два будет ее освобождать. Мирр-Мурр будет волшебным конем, а ослик суфлером. - Суфлер есть в каждом приличном театре, - ответил Янчи Паприка. Самое важное лицо! Он подсказывает актерам. - Это совсем другое дело! - сказал ослик. - Я согласен. - Остается только один вопрос, - заметил Ать-Два.