Братьев барыни вскоре ввели во владение имением. Но они тотчас же заподозрили меня в утайке значительной суммы. «Отдай ее нам, — обратился ко мне один из них, — и ты получишь свою долю». Я отказался, но по глупости своей признался, что деньги хранятся у меня. Спустя неделю меня обвинили в краже бриллиантов покойной барыни и приговорили к десятилетней ссылке в каторжную работу.

— Где же эти деньги?

— Спрятаны как нельзя лучше.

— Ты никогда не покушался бежать?

— Два раза… но меня оба раза ловили… Я ведь такой дурак!

— Хм!—улыбнулся № 117. — Если опять вздумаешь бежать, я помогу тебе и надеюсь, что нас не поймают.

Особенным почетом и любовью между арестантами пользовался № 87, по прозванию Кокодес. Получая из дому порядочную пенсию, он щедро тратил ее, угощая своих товарищей, к тому же он обладал даром повествователя, и каждый раз, во время полуденного или вечернего отдыха, рассказывал своим товарищам какую-либо занимательную историю. На этот раз он рассказал им драму в пяти действиях под названием «Рокамболь», игранную в театре.

Арестанты слушали Кокодеса с большим вниманием, восхищаясь находчивостью и энергией Рокамболя.

— А счастливый малый этот Кокодес, — проговорил кто-то на стороне, — отец у него банкир и высылает ему ежемесячно по сто франков; комиссар взял его к себе в секретари, и он разгуливает себе по городу, сколько ему угодно; к тому же в hotel de France живет какая-то барынька из Парижа, с которой он каждый вечер свободно видится…

В это время раздался звонок на работу, и арестанты быстро привстали со своих мест.

— Послушай, Кокодес, — проговорил № 117, — я ведь никогда и ничего не просил у тебя?

— Правда.

— Так на первый раз не откажи мне в моей просьбе.

— С большим удовольствием, мой милый, — отвечал Кокодес.

— Вот что, друг мой, ты каждый день навещаешь ту даму в hotel de France?