– Ну, конечно… – начала было Антея.

– Перебивать говорящего – невежливо, – оборвал её Саммиэд. – Так вот. Я прошу вас понять, что я не допущу, чтобы вы забавлялись со мной как с домашним котёнком. Я обязан сохранить своё достоинство.

– Ты его никогда и не терял, – заметил Сирил.

– Хорошо. Значит, мы поняли друг друга. Хотите, я расскажу вам, как я очутился в этом чудовищном логове, откуда вы меня выкупили? О, я это не забыл и никогда не забуду.

– Обязательно расскажи, – подхватила Антея. – Ты очень умный, Саммиэд, но даже при всём твоём уме, я не знаю, понимаешь ли ты, как глубоко мы тебя уважаем. Правда ведь?

Все покивали головами, ёрзая на стульях от нетерпения. Саммиэд уселся на столе, покрытом зелёной скатертью.

– Слушайте, – начал он свой рассказ. – Когда вы тогда от меня ушли, ну, я имею в виду – прошлым летом, я зарылся в песок и решил хорошенько выспаться. Я вымотался, выполняя ваши дурацкие желания. Мне казалось, что я уже целый год не зарывался в песок.

– В песок? – переспросила Джейн.

– Ну да, я же сплю в песке.

Подумав, что было бы не худо ещё поспать, Джейн зевнула.

– Ну хорошо, – сказал Саммиэд с обидой. – Я не буду утомлять вас подробностями. Один человек изловил меня там, в песчаном карьере, и я его тут же укусил. Он кинул меня в мешок, где лежали мёртвый заяц и мёртвый кролик. Он притащил меня домой и усадил в плетёную корзинку. А потом он привёз меня в этот город, который, как я слышал, называется «Современным Вавилоном», – хотя он на древний Вавилон нисколечко не похож – и продал меня тому дядьке, у которого вы меня купили. Я хорошенечко покусал их обоих. Ну, а что происходило у вас?

– Ну, у нас никто не кусался, – сказал Сирил. – Просто папа отправился в Маньчжурию, а мама и Ягнёнок – на Мадейру, потому что мама сильно разболелась, и мы так хотим, чтобы они поскорей вернулись.