В том же 88 году появился и сразу завоевал широкую популярность плебейский трибун Сульпиций. Будучи консерватором, он стал радикалом после того, как Митридат вырезал население провинции Азия. Сульпиций понял: царь-иностранец не видит разницы между римлянином и италиком. Митридат с одинаковой жестокостью истреблял и тех, и других. Сульпиций обвинил Сенат в безответственном нежелании дать полное гражданство всем италикам. Если для Митридата эта разница отсутствует, значит, ее действительно не существует. Сульпиций принимал в Плебейском собрании закон за законом. Согласно этим законам было изгнано столько сенаторов, что невозможно стало собрать кворум. Сделав Сенат недееспособным, Сульпиций поднял вопрос о политических правах новых граждан-италиков. Все это происходило среди кровавых стычек на Римском Форуме, где был убит молодой муж дочери Суллы.

Добившись успеха, Сульпиций примкнул к партии Мария и заставил собрание провести еще один закон — лишить Суллу права командовать в войне против Митридата и передать легионы Марию. Семидесятилетний, больной, Марий не мог позволить кому-то иному разбить «понтийского разбойника», особенно Сулле.

Сулла находился в Кампании, набирая рекрутов, когда услышал о новом законе. И тут же принял безумное решение: он пойдет с войсками на Рим. Никогда за все шестьсот лет существования Рима ни один римлянин не делал этого. Но Сулла посмел быть первым. Офицеры отказались поддержать его, кроме квестора Луция Лициния Лукулла, но солдаты остались на стороне Суллы.

В Риме никто не верил, что Сулла осмелится напасть на родной город, так что, когда Сулла и его армия появились у стен, возникла паника. За неимением профессиональных солдат Марий и Сульпиций были вынуждены вооружить бывших гладиаторов и рабов. Сулла сломил это разношерстное воинство и захватил Рим. Марий, Сульпиций, Марк Юний Брут и несколько других защитников вынуждены были бежать. Сульпиция захватили еще до того, как тот покинул Италию, и обезглавили. Марию, после тяжелых испытаний, удалось вместе с Марием-младшим и другими своими сторонниками достичь Африки. Там они обрели убежище среди ветеранов, которых сам Марий когда-то поселил на землях острова Церцина.