Юноша начал понимать, куда завело его тщеславие.

— Государь мой! — ответил он. — Если вашему величеству надпись не нравится, я прикажу тотчас же соскоблить ее!

— Нет, зачем же! Объясни мне только, что значит эта надпись? Ты полагаешь, что с помощью своих денег смог бы убить меня?

Принц понял, чем это пахнет.

— О-о! Ваше величество, простите меня… Я немедленно уничтожу эту надпись! А если вам не нравится дворец, одно ваше слово, и я обращу его в щебень.

— Я же сказал, что нравится. Пусть себе остается. Но уж если ты считаешь, что с деньгами все возможно, докажи мне это. Даю три дня сроку, сумей за это время поговорить с моей дочерью. Сможешь — женись на ней. Не сможешь — прикажу отрубить тебе голову. Согласен?

Отчаяние охватило принца. Он не ел, не пил, не спал, день и ночь думая только об одном: как спасти свою голову. Увидеть дочь короля не было никакой надежды — она жила в замке под охраной ста солдат. На второй день принц сел писать завещание.

Пришла в тот день к юноше его кормилица, старая мамка. Она ухаживала за ним, когда он был ребенком, и принц оставил ее жить во дворце. Увидев его печальным, старушка спросила, что с ним. Слово за слово он рассказал ей, в какую беду попал.

— Ну и что же, — промолвила мамка. — Ты решил, что все пропало? Ей-богу, смешно!.. Предоставь-ка это дело мне!

Она тут же заковыляла к самому известному в городе серебряных дел мастеру и велела ему сделать полого серебряного гуся, чуть побольше человека. И чтобы гусь этот мог открывать и закрывать клюв и чтобы непременно был готов к завтрашнему дню.

— К завтрашнему дню? Ты с ума сошла! — воскликнул мастер.

— Непременно к завтрашнему дню! — И старуха показала большой кошелек с золотыми монетами. — Возьми задаток, а завтра я вручу тебе остальное.