— Господин! Господин!

С бурдюком вина ко мне мчался из города мой раб, мальчишка-фракиец, которого недавно — уж никак не со­рок лет назад — я послал в таверну.

— Господин! Там тебя спрашивал какой-то человек! — выпалил мой мальчишка, подскочив ко мне и чуть не за­дохнувшись, — Он сказал, что будет ждать тебя в «Золотой сети». Чужестранец.

— Каков из себя? — спросил я, недоумевая.

Мальчишка засунул бурдюк между ног, растопырил пальцы и провел руками перед собой сверху вниз, показывая знатный вид и богатство одежд:

— Он весь такой. И чуток шепелявит.

«Варвар,— решил я. — Что ж, дареному коню в зубы не смотрят. Будь рад и такому собеседнику. Немного их тебе осталось». И велел:

— Веди меня к нему, Сартак.

Мальчишка служил мне не только «походным обозом», но и — живым посохом. Левую ногу я потерял в битве со скифами. Вместо нее меня подпирает крепкая колонна из эктабанского кипариса с маленькой резной капителью в виде бычьих голов.

У ворот торговцы поприветствовали старика и велели рабам расступиться. Мы стали протискиваться между тю­ков, и по запаху я определил персидские ткани. Все в этот вечер тревожило мою душу, поднимало волны дорогих вос­поминаний.

Людей на улицах было еще немало. Многие любят об­ращаться ко мне с незначащими вопросами, а потом хва­литься домашним: «Сегодня я беседовал с Кратоном, ведь он друг Гераклита и знал самого царя царей». Я всем отвечаю приветливо и никем не брезгую, а потому переход к «Зо­лотой сети» занял не меньше пяти пехотных парасангов. «Этот посланец чужих богов должен быть терпелив»,— ду­мал я.

Еще за два угла до таверны показались слуги ее хозяина. С радостными возгласами они бросились навстречу и, под­хватив меня на руки, понесли по знакомой дороге. Едва мы достигли таверны, как из нее выскочил и сам хозяин, Силк.