— Вот именно.

— А что до создаваемого нами шума — мы посольство, и было бы странно, когда бы мы стали прокрадываться к замку Алейк тайно. Мы не шайка ночных грабителей, нам нечего скрывать. Чем-то же мы должны отличаться от фидаинов этого пресловутого старца.

Граф что-то пробурчал, возясь с пряжкой, которой был закреплен на плече его плащ.

— Кроме того, — продолжал говорить ровным голосом барон, — нас обнаружили задолго до въезда в это ущелье. И тайно сопровождают.

— Что?! — граф стал вертеть головой.

— Обратите внимание во-он на тот валун и на растущий рядом куст, не кажется ли вам, что в просвете мы можем различить нечто, весьма напоминающее сарацинский тюрбан?

Граф де Плантар внимательно смотрел в указанном направлении, лицо его постепенно наливалось кровью.

— Клянусь крестными муками Спасителя, там кто-то сидит. И смотрит на нас!

Лошадь графа остановилась. Некоторое время рыжие усы посла топорщились, спадали и снова топорщились. Столпившиеся за его спиной всадники, недоуменно крутили головами и переговаривались. Никто не чувствовал себя в безопасности.

— Думаю, что при желании они легко могли бы покончить с нами, — негромко сказал барон.

— Каким образом? — надменно спросил граф, опуская ладонь на рукоять меча.

— Например, завалить камнями. И то, что они этого не делают, свидетельствует о том, что они догадались о том, кто мы такие. Они признают нас посольством и нам ничего не грозит.

— С каждым шагом мне нравится здесь все меньше, а это значит, тем труднее будет договориться со мной этому старику с гор.

Посол рванул свой повод, заставляя коня двинуться вперед и оставшийся путь всадники проехали без остановок.

— О лошадях и слугах позаботятся, а я провожу вас, — на великолепном лингва-франка сказал, приятно улыбающийся, превратившийся в саму услужливость, Сеид-Ага. Приближенный старца Синана, встретил посольство во внутреннем дворе замка.