Киссид махнул рукой, и его раб поставил перед каждым креслом трехногий круглый столик. Ситос — самая главная часть трапезы — состоял из белого хлеба, теплого, только что из печи. Опсон — гарнир к ситосу — включал в себя маленьких кальмаров, зажаренных в оливковом масле до золотисто-коричневого цвета.

Как любой воспитанный человек, Соклей ел выпечку левой рукой, а закуски — правой и внимательно следил за тем, чтобы съесть хлеба больше, чем кальмаров. Отправив кальмара в рот тремя пальцами правой руки, Менедем склонил голову перед Киссидом и сказал:

— Подавая такие ужины, ты сделаешь меня опсофагом.

Нежелание быть принятым за того, кто ест опсон, пренебрегая ситосом, помогло Соклею сохранить хорошие манеры. Он кивнул, чтобы показать хозяину, что согласен с замечанием Менедема. Вообще-то он считал, что его двоюродный брат из вежливости преувеличил. Кальмары были хороши — как и большинство эллинов, Соклей очень любил дары моря, — но не настолько уж великолепны.

— Вы слишком добры, — сказал Киссид. — Я забыл спросить: что вы привезли на продажу? Поскольку вы пришли на акатосе, я не ожидаю, что у вас на борту зерно, лес, дешевое вино или масло.

— Нет, «Афродита» не занимается крупными перевозками, хотя ей приходилось возить и зерно, — ответил Менедем. — Мы доставили сюда благовония из родосских роз и прекраснейшую пурпурную краску, которую вывозят из Финикии с тех пор, как Александр двадцать лет тому назад разграбил Тир.

— И папирус из Египта, и первоклассные чернила с Родоса, — добавил Соклей.

— И еще кое-что… для тех, кого не удовлетворяет будничное существование, — сказал Менедем.

— Итак, вы торгуете предметами роскоши — я понял это, как только увидел ваше судно, — проговорил Киссид. — А что вы надеетесь здесь получить? В нашем городе недостаточно предметов роскоши, чтобы мы их продавали; здесь зарабатывают на жизнь дарами земли, а еще благодаря лесу и горным рудникам.