— Ну, давайте скорее именинный пирог! Пирог где? Антрекот, Эскалоп, Лангет, мартышки вы болтливые! Где же пирог? — восклицал Иджабо, главный лакей королевского дворца, влетев на королевскую кухню.

Три дворцовых повара, лишившихся от изумления речи, уставились выпученными глазами на стол. Великолепный покрытый розовой глазурью пирог, испечённый ко дню рождения принца, исчез, хотя всего лишь каких-нибудь две секунды назад Лангет самолично водрузил его в самый центр стола.

— Я в этот пирог всю душу вложил! — прорыдал бедный Лангет, срывая с головы белый поварской колпак. Он попытался сбросить и фартук, но запутался в лямках, и голова его оказалась закутанной в фартук, как в женский платок.

— Караул! Грабители! Воры! — завопили Эскалоп и Антрекот, подбегая к окну.

Происшествие было из ряда вон выходящее. Ведь уже трубили трубы к началу празднества, а самое главное украшение предстоящего торжественного пиршества бесследно исчезло.

— Ну, теперь нам не поздоровится! — простонал Иджабо, так резко распахивая в безумной надежде дверцы шкафа, где хранился запасной, второй по красоте обеденный сервиз, что три серебряные чашечки и оловянный кубок свалились с полки ему прямо на голову. И тут Лангет, который наконец сбросил фартук с головы, испустил пронзительный крик.