Анна Овчинникова

Шут и трубадур

повесть-баллада

 Кто ради дел святых Искал чужих краев, — За гробом ждет таких Прощение грехов. Но кто, в разбое лих, И жаждая стяжанья, Решится, совесть потеряв, Пиратский соблюдать устав, — Тот, в битвах, в бурях доканав Себя и достоянье, Умрет без покаянья — Вот вся цена таких забав! Гаусельм Файдит, окситанский трубадур, XIII век

…Он заставляет весь мир влюбиться в сны и видения, в сгнившие и скотские формы религии, в глупость, пустоту, мнимое величие, мнимую пышность и мнимое рыцарство безмозглого и ничтожного, давно исчезнувшего общества.

Марк Твен, XIX век И во веки веков, и во все времена трус, предатель всегда презираем! Враг есть враг, и война все равно есть война, и темница тесна, и свобода нужна, и всегда на нее уповаем! …Чистоту, простоту мы у древних берем, саги, сказки из прошлого тащим, — потому что добро остается добром — в прошлом, в будущем и в настоящем! Владимир Высоцкий, XX век

1

В начале тринадцатого столетия от Браджа до Тьорра не было рыцаря отважней и могущественней, чем граф Эйлинбургский, больше известный под именем Роберт Лев, или Роберт Наглый.

Наглым его прозвали враги, а друзья называли его Отважным, Диким, Верной Смертью и другими не менее лестными прозвищами. Если вспомнить, что в те времена любой благородный рыцарь претендовал на подобные имена, станет ясно, что граф Эйлинбургский и в самом деле был необыкновенным человеком.



1 из 111