В истории Юстиниана и Феодоры никто не может отделаться от подавляющего влияния личностей. Каждый шаг в этой истории определен чисто человеческим мотивом и влиянием качеств человеческого характера. Все могло быть по-другому; все и было почти всегда по-другому. Когда Деметрий вместо Неаполя поплыл в Рим или когда Исаак Армянин напал на Остию, они делали такие же обычные вещи, как купить в киоске вместо одной газеты другую. Разница заключается в том, что их поступки изменяли ход истории. Это исключительное чувство опасности и риска составляет половину интереса при чтении истории Прокопия.

Современному человеку особенно полезно читать эту историю, хотя бы потому, что сам он живет в эпоху, в которой личности, как мне представляется, перестали существовать. Сейчас никому не кажется, что индивидуальное действие отдельного человека может изменить историю. Но сама мысль об этом уже изменяет ее течение. Что бы мы ни делали, всеми своими действиями мы все же изменяем историю, хотя немногие из нас доживут до того момента, когда на противоположном конце доски напишут итоговое число.

Юстиниан и Феодора представляют нам первый в истории пример равноправного партнерства между мужчиной и женщиной. Возможно, это самый разительный пример союза ума в высшей степени мужественного с умом в высшей степени женственным. Все, кто их знал, признавали, что факт партнерства был главным и решающим фактом их жизни. Даже современный читатель может найти интересной и полезной эту рабочую модель идеально отлаженного и прекрасно действующего семейного механизма. Феодора была первой феминисткой в новой истории. Если она делала какие-то ошибки, то про нее можно с известной долей уверенности сказать, что Бог думал сотворить ее равной мужчинам.