Лежа в этой сырой массе, похожей на кучу извивающихся щупальцев, он вспомнил едкие строки, принадлежащие... кажется, Уэллсу? Да, из «Облика грядущего»: «Цивилизация возникла из слизи, оставленной приливами на берегах...»С каким-то мазохистским удовольствием повторял он эти слова, привязывая их к собственному плачевному состоянию.

Жизнь существует уже сотни миллионов лет... и каков результат? Он вполне очевиден, не так ли? Куча мусора. Безвольное существо, плавающее в приливной воде и не имеющее элементарного чувства приличия, чтобы пойти ко дну и не портить вид.

Доктор Мэрфи вошел в воду с намерением утопиться. Ему казалось, что это вполне удачная идея, чисто научный подход к проблеме, которую иным способом не разрешить; внутренний голос подсказывал ему, что это в большей степени победа, чем поражение, не уход, а скорее прорыв. Однако он был не вполне уверен в безошибочности своих рассуждений и правоте внутреннего голоса. Возможно, идея была не столь уж удачной; возможно, его прорыв закончится всего лишь погружением в светящуюся муть океанского дна. Он не был уверен -вот в чем штука. Как, черт побери, человек может оценить свои идеи, если он никогда не пытался их осуществить?

А если человек и не хочет их осуществлять — если у него духу не хватает для этого, — тогда на кой черт они вообще нужны?

— Только раз, — повторял он, обращаясь к океану с ледяным блеском в глазах. — Если бы хоть раз в моей проклятой жизни...

Жизнь достаточно поиздевалась над доктором Мэрфи. Она постоянно сталкивала его с проблемами, а затем преподносила решения — по одному на каждую проблему, — которыми он не мог воспользоваться.