–Наверное, вас огорчило, что она уехала в Корнуолл, а потом даже не заехала домой попрощаться.

–Да, и еще как! В толк не могла взять, в чем дело. Я ей писала туда, но ответа так и не получила. Очень мне было обидно, да и маме тоже. Совсем не похоже на мисс Мэри.

Блэк подергал кисточку на туфельке у малыша: тот уже морщил личико, собираясь заплакать, и Блэк думал отвлечь его. Он не хотел, чтобы мать ушла в дом.

–Должно быть, скучно ей было одной в доме на каникулах, – заметил Блэк. – С вами, наверно, было не так одиноко.

–Не думаю, чтоб мисс Мэри чувствовала себя одиноко, – возразила молодая женщина. – Она была такая приветливая, с каждым поговорит – не то что надутый викарий. Мы так славно с ней играли – в индейцев и во всякое такое, знаете, чего только детишки не придумают.

–В кино, значит, с дружками не бегали?

–Нет, что вы. Мисс Мэри была не такая. Это теперь девчонки ужас какие стали, не находите? Будто они взрослые. Прямо гоняются за мужчинами.

–Ну уж кавалеры-то у вас, наверное, все-таки имелись?

–Да нет, сэр, право, нет. Мисс Мэри привыкла у себя в школе к мальчишкам. И потом, викарий не потерпел бы никаких кавалеров.

–Да, скорее всего. Так мисс Мэри его боялась?

–Нет, боялась – не скажу. А старалась не сердить.

–И домой, наверно, всегда засветло возвращалась?

–Уж конечно. Мисс Мэри как стемнеет, так из дому ни на шаг.

–Вот бы мне заставить свою дочь возвращаться пораньше, – заметил Блэк. – Летом она иной раз чуть не в одиннадцать является. Хорошо ли это? Особенно как начитаешься в газетах, какие случаи бывают.

–Да, ужас, правда? – подхватила дочь садовника.

–У вас-то тут местечко тихое, темных личностей небось не водится. Да и раньше вряд ли случались.

–Это так, – согласилась собеседница, – хотя, конечно, когда сборщики хмеля появляются, шумновато становится.