В тесном пространстве мышата срастаются безволосыми телами, потом покрываются общей шкурой, и из разбитого кувшина извлекается готовый уродец – мышиный король, которого смеха ради может купить проезжий караванщик. – Чудо сродни уродству, – сказал магрибец, – поэтому их часто путают. А человекогусеница взялся ниоткуда. Он молчит о своем рождении, хотя ему ведома быль прошлого и известны тайны будущего. Может быть, его, как камень Каабы, родило небо, или, как Тифона, земля – для человека это все равно «ниоткуда», ибо человекогусеница рожден неподобным. Мерван Лукавый нашел его два года назад в Египте, недалеко от Гелиополя, где магрибец продавал глазные капли, с помощью которых можно увидеть сокрытые в земле клады. Человекогусеница сидел на цветущей смоковнице у дороги и обгладывал с веток семипальчатые листья. Колдун испугался уродца, но фиговый сиделец обратился к нему по имени и сказал, что обладает даром смотреть сквозь время и видит, что путям их до срока суждено соединиться. С тех пор Мерван Лукавый путешествует по плоской земле, по изможденным и благодатным ее краям, вместе с гелиопольским провидцем и получает деньги за свои чудеса и его пророчества, которые неизбежно сбываются . Так обучал своего раба магрибский колдун, разъезжая по свету в повозке, крытой ивовым плетеньем. Hо Ворон оказался бестолковым учеником. Он не мог научиться пускать серую пену изо рта, когда Мерван Лукавый демонстрировал на нем действие снадобья для излечения бесноватых, не мог научиться глотать живого ужа, чтобы изображать преступника, совершившего грех кровосмешения и за это обреченного до скончания дней плодить в своем чреве скользких гадов и до скончания дней выблевывать их наружу, – даже фазаны не летели из рукавов его рубахи. И магрибец до поры отступился.