Мера эта-смерть.

Не только поляки чтут выбор своего бессмертного учителя. Его имя внесено в святцы и мировой педагогики, и элементарной человеческой порядочности. И именно в его устах, под его пером в высшей степени правомерно звучит дидактическое, даже назидательное наставление:

как любить детей.

Эта небольшая книжка-своеобычный манифест гуманизма. Нестареющий завет, переданный в наши и грядущие времена из времен как будто от нас удаленных и в то же время совершенно похожих, потому что речь идет о любви к детям, а это ценность постоянная. Духовная комфортность делает человека толстокожим, совершает в его сознании странные подвижки, когда ценности мнимые застят свет, а ценности подлинные уходят обочь. Каждому рано или поздно воздается по заслугам, но часто-слишком поздно, когда ничего не исправишь, и в этом истоки многих человеческих драм. Те, кто воображает, будто доброта и любовь малозначимые, второстепенные качества, которые не помогают, а, напротив, даже вредят, допустим, при достижении карьеры, бывают наказаны на краю этой карьеры, а еще чаще - на краю собственной жизни-нелюбовью и недобротой окружающих.

И пусть же всякий, кто спохватится и заторопится вперед-от нелюбви к любви, от недоброты к доброте, припадет как к чистому итогу-к этой последней заповеди Януша Корчака.

Альберт Лиханов,

лауреат Международной премии

имени Януша Корчака

Ведь родиться-не то, что воскреснуть: могила отдаст нас, но не взглянет на нас, как мать.

"АНГЕЛ ЛИ"

Ребенок в семье

1.

Как, когда, сколько, почему?

Предчувствую множество вопросов, ждущих ответа, множество сомнений, требующих разрешения. И отвечаю:

- Не знаю.

Всякий раз, когда, отложив книгу, ты начнешь плести нить собственных размышлений,-книга достигла цели. Если же, в поисках точных указаний и рецептов лихорадочно листая страницы, ты досадуешь на их скудость, знай, что если и есть в этой книге советы и предписания, они появились не по авторской воле, а вопреки ей.