Старуха уткнулась в тарелку и расплакалась. Она хлебала суп, расплескивая добрую половину, и причитала:

— Вот после этого и надрывайся, расти детей!

Парень безжалостно гнул свое:

— Лучше вовсе не родиться, чем стать таким, как я! Поглядел я сегодня на того, и вся кровь во мне закипела. Я подумал: вот чем я мог бы теперь быть.

Он встал.

— Знаете, мне лучше отсюда уехать, не то я вас с утра до вечера корить буду и всю вашу жизнь отравлю. Запомните: я вам никогда не прощу.

Уничтоженные, заплаканные, старики молчали.

— Мне думать-то об этом невмоготу. Пойду, устроюсь где-нибудь в другом месте.

Он распахнул дверь. Ворвался шум голосов: Валлены праздновали возвращение сына.

Шарло топнул ногой, обернулся к родителям, громко бросил:

— Эх, вы, мужичье!

И растаял в темноте.